О литературной критике и редакторской работе

К критике я отношусь положительно. Если, конечно она объективна. Но к сожалению, объективности у непрофессиональных критиков заметно мало. Почему-то некоторые критикующие считают возможным начать свою критику с советов, как надо писать. Один очень уважаемый мной писатель посчитал возможным посоветовать мне в моих рассказах и повестях не заканчивать повествование, а оставлять его незавершённым, давая этим как бы возможность читателю додумать окончание книги. Самое интересное то, что в его прекрасных повестях всё заканчивается так как должно на мой взгляд заканчиваться. Там ничего додумывать не надо. Прочитал и получил удовольствие. Ещё, на его взгляд, я слишком многословен. Мне надо сократить свои повести и рассказы на 20-30 процентов и тогда популярность и признание читателей будет мне обеспечена. Вот так некоторые писатели хотят меня то ли заставить, то ли научить писать так, как на их взгляд правильно. О том, что у критикующего ими автора есть свой стиль, свой язык, об этом они не задумываются. Важно, чтобы автор входил в установленные или же заученные ими привычные рамки.
Я действительно, многословен. Это черта моего характера; всё детально рассказать или объяснить. На мой взгляд, и на взгляд многих моих читателей, это не недостаток. Это мой стиль и менять его на журналисткий стиль не собираюсь. Тем более, что я не пишу корреспонденции и не занимаюсь журналисткими исследованиями. Конечно, это кощунство с моей стороны приводить здесь к примеру великих Гюго или Льва Толстого. Но для примера, как выглядели бы их книги без многостраничных размышлений по тому или иному поводу? Наверное, это были бы маленькие брошюры, о которых мир даже и не вспоминал бы.
Особенно сильно меня задело обвинение в неграмотности. Таковым я себя не считал и не считаю. Оказывается, повесть «Несвятая Мария (страницы жизни)» написана была «безграмотно безграмотным автором». Это была моя первая опубликованная повесть. Сначала её публиковала в течении года с продолжениями газета «Районка», затем повесть была опубликована в книге «Возвращение» в Санкт Петербурге и последняя бумажная версия была издана в книге «Несвятая Мария … и другие рассказы» в Германии. Есть ещё электронная версия этой повести. Всякий раз перед публикацией повесть проходила тщательную редакторскую обработку. Я помню, как мы работали над текстом с гл. редактором газеты «Районка» Филоновой, с издателем журнала «Крещатик» Марковским, с талантливой поэтессой Бэлой Иордан, имеющей специальное редакторское образование. Каждый из них по своему подходил к тексту, находил необходимость что либо исправить или убрать, но в неграмотности автора никто не обвинил.
Надо признаться, что тем, кто живёт за пределами Россиии намного труднее держать себя в рамках живого русского языка. Сказывается и оказывает влияние чужой язык. Как-то Лариса Щиголь, редактор когда-то хорошего литературного журнала «Зарубежные записки», написала по поводу моего творчества: «… Валдемар, у Вас есть настоящий талант, воображение, фантазия, есть жизненный опыт и есть что сказать…
Вы просто подвиг совершаете, пиша по-русски… Даже в обыкновенной среднерусской деревне Вам было бы на порядок легче – там хоть и не высокоинтеллектуальная, но все же правильная и богатая русская речь… Хоть Вы и одарённее очень многих русских писателей. Такая вот коллизия».
Меньше всего я хотел бы эту записку наполнять цитатами восторженных читателей. Тем более, что не все отклики на мои книги восторженны. Но ещё один комментарий к книге «Ночной транзит», увидевшей свет в 2009 году, хотел бы привести. Коментарий Иванова Сергея случайно обнаружил на портале книжного магазина «Лабиринт»: «Прочитал только «Между…» из этой книги. Что можно сказать… Язык автора, конечно, не изобилует причастиями и деепричастными оборотами. «Он увидел», «она сказала», «они подошли». Длинных предложений автор, похоже, избегает сознательно. Бедный язык. Возможно это специфика всех русских немцев – язык постепенно забывается.
Плюсы произведения – чёткий сюжет, ясность изложения, правдивое (хоть и простое) изображение людей и их чувств. За сюжетом следить интересно.
Купил книгу, т.к. это явление, эти люди, оказавшиеся на стыке культур мне изначально были интересны.
Пока могу поставить автору общую оценку 4 с минусом. Тех 200 рублей, которые отдал за книгу пока не жаль.
Прочитал весь сборник. Про бедный язык беру свои слова назад. Он «бедный» только в первых двух произведениях, дальше всё прекрасно! Потрясающие произведения, прекрасный язык, прекрасные темы. Браво».
Пару лет назад на чтениях в Мюнхене, где я читал отрывок из повести «Чужой поезд» (книга издана в этом году), ко мне подошла женщина и спросила, откуда я узнал про её мужа, про её семейные проблемы. Пришлось «оправдываться».
Я с уважением отношусь к редакторам и к их трудной работе. В своё время настольной книгой была для меня книга Лидии Чуковской «В лаборатории редактора». Беда нашего времени в том, что сейчас редактор потерял свою необходимость. Многие издательства не тратят средства на оплату редакторской работы. Поэтому на рынке так много книг, где сплошь и рядом ошибки как грамматические, так и стилистические. Нанять редактора для редактуры своих текстов тоже стоит немалых денег. В случае с изданием моих последних книг «Чужой поезд» и « Билет в мусоре» я оплатил и редактуру и корректуру. Но тех, у кого такой возможности нет, а талант есть, и желание чем поделиться тоже есть, я особо не осуждаю. Поэтому часто покупаю книги неизвестных авторов и читаю с удовольствием, стараясь не концентрировать своё внимание на опечатки, на грамматические ошибки и на стилистические несоотвествия. Для меня главное содержание, сюжет, интрига и, прежде всего, талант автора. Конечно, бывает, что мне попадается такая книга, которую после нескольких страниц хочется отложить и к ней больше не возвращаться. Но это, как говорится, издержки производства.
В наше время пишут многие и много. Во всём этом многоообразие трудно заметить хорошую книгу, ещё труднее обнаружить талант. Если бы институт редактора сохранился в том виде, каким он был в доперестроечные времена, я думаю, таланты не пропадали бы и мы увидели бы и прочли бы ещё больше книг, которые сейчас из-за отсутствия профессиональной редактуры сиротливо стоят невостребованными на полках. Хуже ситуация, когда за редакторскую работу берётся самоуверенный в своих способностях человек. Некоторые почему-то уверены, что литературное образование даёт им полное право заниматься редакторской работой и критикой литературного процесса. Но ведь и редактор и критик – это тоже призвание, здесь нужен тоже талант. Как-то у меня был серьёзный конфликт с очень достопочтенной дамой. Работая когда-то в Союзе учительницей начальных классов, она посчитала себя способной редактировать тексты своих коллег. Конфликт произошёл из-за рассказа «Старая учительница», который до этого эпизода был уже опубликован в нескольких книгах, журналах и альманахах. Она начала исправлять целые фразы в тексте, из-за чего потерялся сам смысл этих фраз, исказилась идея рассказа. Такую бестактность в отношение моих текстов я допустить не мог и отказался от дальнейших публикаций в курируемым ею журнале.
На своём веку я общался со многими редакторами и корректорами. Большинству из них я благодарен за профессиональную помощь. С их поддержкой мои рассказы и повести стали, конечно же, лучше. Я всегда был уверен, что любому писателю, какой бы он институт не заканчивал, в подготовке текстов к публикации требуется редактор. К сожалению, сегодня большинство пишущих к редактору не обращаются. Грешу этим иногда и я. Не потому, что не считаю нужным обращаться к ним, а потому, что средств на их оплату не хватает. Но при подготовке последних книг я всё таки позволил себе роскошь оплатить редактуру и корректуру текстов. Как это получилось в итоге можно прочесть в моих новых книгах «Чужой поезд» и «Билет в мусоре», изданных в этом году в издательстве Ridero.ru и которые можно купить на сайтах книжных магазинов в России, Белоруссии, Армении, Казахстана и Киргизии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *